January 10th, 2016

товарищ Сталин

Признак жанра: Во славу Транспорта

Столетие 1835-1935 ознаменовалось самым бурным развитием транспорта в истории. После многих тысячелетий безраздельного царствования гужевой тяги и верховых лошадей на земле и паруса с вёслами на воде им на смену начали приходить достижения технического прогресса. Сперва своё веское слово сказал пар. Век XIX стал веком пара. На суше паровозы и пароходы на воде бесповоротно уменьшили размер нашего шарика, резко увеличив скорости и тем самым сократив расстояния. Однако в конце этого века их начали теснить газовые двигатели внутреннего сгорания - пока ещё робко, но всё настойчивее. На рубеже веков XIX и XX произошёл прорыв. Благодаря ДВС люди начали активно осваивать последнюю стихию - царство Эола, полетев уже по своей воле, а не по воле ветров, как в XIX веке на воздушных шарах. На земной же тверди лошадей начали стремительно вытеснять автомобили. И за какие-то три десятилетия даже вояки, народ крайне консервативный - им дай волю - они б до сих пор мечами воевали - начали повсеместно пересаживаться с коней на автомобили. Кавалерия как боевой род войск доживала свой долгий век. В крупных городах Европы и Северной Америки к концу двадцатых лошадь из привычного зрелища становится экзотикой. Об этом замечательно спел в 1935 году Леонид Осипович Утёсов:


Почему я выбрал именно эти даты - спросите вы? Ведь паровую машину изобрели куда раньше, да и паровоз тоже? Но именно к середине 1830-х из экзотической игрушки паровозы становятся реальным средством транспорта. Почти тогда же и пароходы начинают составлять реальную конкуренцию парусникам.
А что же мы имеем к 1935 году? Во всех сферах транспорта техническая революция - свершившийся факт. Пар повсеместно сдаёт позиции, которые безраздельно держал всё предыдущее столетие. На флоте и железных дорогах ему на смену приходят дизели и электричество. Авиация становится массовым видом транспорта и мощным оружием. И автомобили, стремительно повсеместно вытесняющие лошадей. Не везде, конечно. Но мы говорим не о Новых Гвинеях, где до сих пор людей едят, и не о Средней Азии, где поныне царствует на дорогах ишак.

Прогресс в технике не мог не отразиться и в искусстве. Тридцатые годы прошлого века - эпоха монументализма в искусстве. Особенно в архитектуре. Имперская тяжеловесная пафосность сменяет витиеватую вычурность модерна начала века и творческие метания и эксперименты конструктивизма двадцатых. Монументальная скульптура, живопись (вспомним Дейнеку), росписи и панно в постройках стиля арт-деко, на которых появляются самолёты, поезда и автомобили; кинематограф, литература - полнятся техникой. По части темпов "технизации" тогда всех изрядно обогнали США. "Механизация" всего и вся в Северной Америке возводится чуть ли не в культ (это поклонение технике было и в III Рейхе, и в СССР, но КУДА им было до Штатов!). И где, как не там, могло появиться сооружение, которое хочу сегодня показать.

Это мост Lorain-Carnegie Bridge в американском Кливленде. Самыми яркими приметами этого в общем-то ничем не примечательного более сооружения стали "Хранители Транспорта" - этакие римские Лары или славянские Берегини для машин: четыре скульптурные группы, высеченные из местного песчаника, и установленные в створах моста.

Эпопея со строительством вышла долгой. Вернее, построили-то достаточно быстро, но запрягали долго.
1.
lorainbridge1filmnoir1.jpg
Collapse )